приватность

Диалог уровня Тарантино из недавно рассекреченных документов судебного дела о приватности в фейсбуке. Special master — эксперт назначенный судом, расспрашивает двух супер-опытных инженеров фейсбука под присягой (один из них уровня директора) про то, как фб хранит и обрабатывает данные.

Мой вольный перевод исходника.

Эксперт: у нас ведь есть блок-схема? Вы ведь когда прогаете — наверняка у кого-то должна быть схема, где эти данные хранятся?

Зарашоу (engineering director): у нас немного странная инженерная культура, в сравнении с другими компаниями, мы генерируем довольно мало документации в процессе разработки. Получается, исходный код — это и есть документация.

Эксперт: то есть нужно смотреть в исходный код, чтобы понять... я имею в виду...

Зарашоу: честно говоря, я тоже был в ужасе, когда только устроился на работу.

Мужчина сфотографировал воспаленный пенис сына на свой андроид телефон и отправил фотографии врачу. Алгоритмы гугла посчитали, что это детское порно: гугл заблокировал его аккаунт и сообщил о фотографиях в полицию. Полицейские провели короткое расследование и отвалили, но гугл отказался восстановить аккаунт, несмотря на многочисленные жалобы. Мужчина потерял 10 лет переписки, календари, номер телефона и т. д. сообщает Нью-Йорк Таймс.

—

Все крупные IT-компании совершают подобные ошибки и мы слышим только о малой доле — кто хочет рассказывать, что его посчитали педофилом и оправдали? Многие вообще плохо понимают, что происходит. В этом случае пострадал инженер, который сам программировал подобные системы.

Когда такая история попадает в новости, её замечает живой человек в гугле и проблему быстро решают. Строить службу техподдержки, которая бы помогала каждому пострадавшему пользователю — это тупо дороже и в текущих реалиях не выгодно.

Я так много писал о подобных ситуациях, что не стал бы опять тратить ваше время, если бы не то, как повел себя гугл — он отказался признать ошибку и восстановить аккаунт даже после того, как об этой конкретной истории написали The New York Times и The Guardian. Вспоминая свою казанскую юность, это беспредел.

Я твердо верю, что поведение огромных корпораций в отношении отдельных людей нужно регулировать законодательно, обязав компании с оборотом условно больше 100 миллионов долларов внедрять due process — то есть иметь прозрачные правила принятия важных решений в отношении отдельных людей и механизм обжалования «приговоров».

Пока же собираюсь перестать бэкапить фотографии в Google Photos (эх, отличный был сервис) и купить себе домашний сервер Synology на два диска. Дожили. 🙈 Synology, кстати, хорошо прокачались, у них есть отдельная программа для хранения и каталогизации фотографий и даже инструкция по миграции c Google Photos.

На фото герой статьи со своим сыном.

Новая утечка СДЭК — больше, чем знаменитая утечка Яндекс.Еда. В открытом доступе информация о сотнях тысяч отправлений, десятки миллионов ФИО, номеров телефонов и других данных.

Почему важна приватность мы недавно обсуждали с Кори Доктороу в подкасте, ну и можно почитать прошлые посты про Еду.

Персональные данные и privacy. На западе это горячая тема — о ней говорят политики, Apple использует её как один из столпов маркетинга.

В России первые утечки, которые имели шанс попасть в новости — имена, телефоны, домашние адреса и даже коды домофонов сотен тысяч людей из Яндекс.Еды, а потом сразу СДЭК, где уже были полные ФИО — случились в первые дни войны. Общественному вниманию было не до них.

Возвращаемся сегодня к этой теме в подкасте: разбираемся, кто и зачем собирает наши данные и как защититься в интернете. Гость — сотрудник Electronic Frontier Foundation, известный писатель-фантаст Кори Доктороу.

Слушайте и подписывайтесь: Apple, Google, Яндекс, Spotify, Castbox, Overcast, веб-версия.

Это наше первое интервью на английском. Перевела его прекрасная редакторка Маша Агличева, дубляж Кори — Паша Цуриков, монтаж уровня бог — Нина Мамотина, ну и куда без продюсерки — Насти Медведевой. Версия на английском выйдет завтра, в пятницу, для подписчиков запуск++.

Готовим эпизод подкаста и заметил: то, что на русском называют «защита персональных данных» в англоязычной среде именуют «data privacy».

В английском много используется слово privacy: privacy issues, privacy violation, etc.

В русском кринжово звучит «эта утечка нарушила моё право на частную жизнь». Какая частная жизнь? Какое житие твое, пёс смердящий?

Интересно, что язык в некотором смысле формирует дискуссию. Или это язык сформулировался вокруг того, как обычно говорят?

Прошу обратить внимание, что прошлые посты — не напрыг на Яндекс (дорогие, простите!). Им просто не повезло. Они, уверен, больше других крупных компаний стараются обезопасить личные данные. Я лично знаю супер компетентных специалистов в Яндексе и уверен, что они хорошо делают свою работу.

Проблема в законодательстве и в «рыночных сигналах». Задача корпораций — в первую очередь делать классные сервисы и зарабатывать деньги, играя по правилам, установленным обществом и государством.

Менять нужно правила игры.

История на этом заканчивается, дальше мои мысли.

1. Бизнесу сегодня выгодно хранить как можно больше данных о клиентах. PR-щики могут врать сколько угодно в духе «ваш звонок очень важен для нас», но ни один коммерческий сервис сегодня не разрабатывается с мыслью «как минимизировать утечки персональных данных». Почему? Простая экономика: дополнительные данных могут теоретически когда-нибудь повысить прибыльность бизнеса, а за утечку перс данных их максимум пожурят и выпишут штраф в треть месячной зарплаты одного программиста. Да и технически проще хранить всё вечно, чем придумывать какие-то специальные правила удаления.

2. Технически можно, например, не хранить вообще никаких персональных данных, которые не нужны для работы сервиса. Доставили заказ — удалили имя человека, телефон и прочее. Примерный адрес, сумму и вес можно сохранить отдельно, без имен — для того, чтобы оптимизировать потом логистику на основе анализа больших данных, как мы любим. Или вынести персональные данные в тот же контур, что и данные банковских карт, их крадут очень редко — но этот подход сильно сложнее, персональные данные нужны для работы службы тех. поддержки, например — тут будет очень много нюансов.

3. Это большая и интересная техническая задача, но решить её до смешного просто. Для того, чтобы убрать проблему утечки персональных данных, достаточно законодательно изменить бизнес-мотивацию. Ввести штрафы за утечки в районе процентов от годового оборота компании. 2% оборота яндекса за 2021 год — это 7 миллиардов рублей. Примерно 2 тысячи рублей каждому потерпевшему и ещё столько же в бюджет. С такой мотивацией бизнес мгновенно направит туда свои инженерные таланты, а я смогу записать классный эпизод подкаста о том, как там всё круто сделано. Примерно это и пытается сделать GDPR. Если бы у нас был нормальный парламент — сам бы предложил такой закон.

🔥 Базы данных можно комбинировать и это как мешать бензин с гудроном. В оригинальной утечке Яндекс.Еды не было ФИО клиентов, только имя. Но полное ФИО клиентов есть в утечке СДЭК (крупнейшей курьерской-почты России). В обоих базах есть общее поле — номер телефона. Сопоставляем записи по номеру телефона и вуаля — теперь мы знаем не только код домофона, но и полные ФИО большого числа клиентов Яндекс.Еды. Чем больше баз ты скачал и скомбинировал — тем больше узнаешь о человеке.

Будет полезно сделать подобный хороший интерфейс ко всем украденным базам данных — тогда, наконец, общество поймёт, насколько много лишнего о нас знают корпорации и насколько наплевательски они относятся к нашим данным. Наша личная жизнь сегодня буквально ничего не стоит (ок, 100 тысяч рублей за пару миллионов человек).

У Яндекса украли и выложили в публичный доступ ФИО, телефоны, домашние адреса и даже коды домофонов примерно 1,8 миллионов клиентов.

Как это произошло? Какой-то нечистоплотный сотрудник Яндекса слил базу данных Яндекс Еды и передал её украинским активистам, которые ведут виртуальную войну с Россией.

База появилась в интернете чуть раньше 2 марта, Яндекс сделал пресс-релиз, но никто этого не заметил. Очередная новость о сливе, люди уже перестали обращать на них внимание, тем более — только началась война.

Через 3 недели кто-то сделал человеческий интерфейс к этим данным — нанес на карту все заказы, добавил функцию поиска. Сайт появился 22 марта и тут-то многие поняли, о какого масштаба утечке идет речь, про это стали писать медиа.

Активисты довольно быстро нашли ещё одну квартиру любовницы и дочери Путина, выяснили сколько на доставку еды потратил особенно противный пропагандист Антон Красовский (500 тысяч за полгода), а также обнаружили личные телефоны и домашние и рабочие адреса сотен публичных личностей, жены обнаружили любовниц, всё как в варьете Воланда.

Эта база — просто рай для сумасшедших, мошенников и преступников всех мастей. Можно для удобства отсортировать самых богатых клиентов Яндекса, чтобы максимизировать доходы.

Особенно неприятно, что взлом совпал с модой рисовать букву Z и подбрасывать свиные головы людям, которые против войны. В этой базе — готовые адреса для провластных «активистов» всех мастей.

Если говорить о пиар-работе со стороны Яндекса: в пресс-релизе 2 марта Яндекс не упоминает домашние адреса как часть утекших данных. Это, видимо, неважная деталь. Когда начало полыхать, руководитель Яндекс.Еды опубликовал хороший пост.

Что дальше? Яндекс ждет штраф в 100 тысяч рублей. Да, треть месячной зарплаты программиста Яндекса.

1Password, лучшая хранилка паролей, удалила приложение из русского апстора.

Вот это, извините, полный пиздец. Этим приложением пользуются журналисты и другие люди под ударом для того, чтобы защититься от властей.

А что делать, если у человека уже там все пароли, и новый телефон, или он удалил приложение для пересечения границы?

Я могу понять эмоции, но суть взрослого поведения — это то, что несмотря на эмоции мы выбираем, что делаем. Где ответственность, Карл?

Краткая инструкция по цифровой безопасности для друзей и коллег в России.

Внутри:

1. Как защитить свою личную переписку.
2. Как не запалиться в крупных телеграм-чатах.
3. Как вести соцсети без самоцензуры и минимизировать риск присесть на 15 лет.

За идею спасибо Илье Красильщику.